Панагия (Пресвятая Богородица) безмерно любила Своего Сына. Позже Его любили и апостолы. Но когда Его распяли, предали, отреклись от Него, разбежались… начался настоящий хаос. Под Крестом плакала Панагия, были мироносицы и Иоанн Богослов. Только они.
Что произошло с Панагией? Она была взята на Небо; земля не дала Её телу истлеть. Бог этого не допустил. Он взял Её… Она уснула, то есть умерла, но была взята на Небо. Её Сын не позволил Её телу увидеть тление. И Иоанн Богослов также был взят на Небо. Эти два человека стоят выше Святой Троицы…
Под Крестом прозвучали слова: «Жено! се, сын Твой… се, Матерь твоя».
Вот какими должны быть настоящие отношения, которые мы должны иметь с Панагией и Христом. А всё остальное — исповедоваться, причащаться, ходить в церковь по привычке, бла-бла-бла, а потом идти и сплетничать — ничего не значит.
Требуется безумие, божественная любовь — божественный эрос. Панагия была влюблена во Христа. Но и Христос — как же сильно Он любил Её! Однако с того момента, когда началось Его земное служение, Он уже не называл Её «Матерью», а называл «Женой». Потому что Он был Богом. Богом.
До начала служения Он называл Её Матерью. До тридцати лет рядом с Ним были Иосиф — Его предполагаемый отец — и Панагия, Его Мать.
Если мы не углубимся в эти отношения, которые Христос с самого начала имел с праведным Иосифом и Своей Матерью, мы будем продолжать говорить: «Я это сделаю, я то сделаю, причащусь, исповедуюсь…»
Есть одна вещь, которую я много раз обещал. И когда я приехал на Святую Гору Афон, мне с самого начала сказали: «Послушание».
Я спросил: «Что значит послушание? Если осёл летит, значит, он летит?»
Мы не можем показать это миру. Я просто взорвусь — мне хочется высказать своё мнение, в конце концов, и чтобы моё тоже было принято!
Вот почему Афон отличается. Вот почему не каждый может стать монахом, братья. Потому что нужны три вещи: нищета — не иметь ничего своего, ни дома, ни имущества, ничего; целомудрие…
Панагия была Девой, и Иоанн Богослов был девственником — не только телом, но и душой! Никакая злоба или зло никогда не коснулись их, абсолютно ничего!
И тот, кто любит Панагию, Она сделает его добрым, чистым…
Когда Бог возродил меня в двадцать один год, то, что со мной произошло, было ужасно. Я всё время говорил: «Кто я теперь? Я знаю свою мать, своего отца, своих братьев и сестёр, но я не знаю, кто я сам».
Знаете ли вы, в чём разница между человеком, который просто ходит в церковь, и святостью? Цель…
كانت باناغيا، أي السيدة العذراء مريم، تحب ابنها حباً عظيماً جداً. وبعد ذلك أحبه الرسل. ولكن عندما صلبوه، وخانوه، وأنكروه، وهربوا… حلّت الفوضى.
تحت الصليب كانت باناغيا تبكي، وكانت هناك حاملات الطيب، ويوحنا اللاهوتي. هؤلاء وحدهم كانوا هناك.
ماذا حدث لباناغيا؟ لقد انتقلت إلى السماء؛ فلم يسمح التراب لجسدها أن يرى الفساد. الله لم يسمح بذلك. لقد أخذها إليه… لقد رقدت، أي ماتت، لكنها انتقلت إلى السماء. ابنها لم يسمح لجسدها أن يرى الفساد. وكذلك يوحنا اللاهوتي انتقل أيضاً. هذان الشخصان يقفان فوق الثالوث القدوس…
تحت الصليب قال المسيح: «يا امرأة، هوذا ابنك… هوذا أمك».
هذه هي العلاقة الحقيقية التي ينبغي أن تكون لنا مع باناغيا ومع المسيح. أما كل ما تبقى — الاعتراف، والتناول، والذهاب إلى الكنيسة كنوع من العادة، وكلام فارغ، ثم الخروج للحديث عن الناس والنميمة — فلا شيء من ذلك يكفي.
الأمر يحتاج إلى جنون، إلى محبة إلهية، إلى العشق الإلهي. كانت باناغيا عاشقة للمسيح. ولكن المسيح أيضاً، كم أحبها كثيراً! إلا أنه منذ اللحظة التي بدأت فيها رسالته الأرضية، لم يعد يناديها «أمي»، بل كان يناديها «يا امرأة». لأنه كان الله. كان الله.
حتى سن الثلاثين كان يوسف — الذي كان يُظن أنه أبوه — وباناغيا، أمه، معه.
إذا لم نتعمق في هذه العلاقة التي كانت للمسيح منذ البداية مع يوسف البار ومع أمه، فسنبقى نقول: «سأفعل هذا، سأفعل ذاك، سأتناول، سأعترف…»
هناك أمر واحد وعدت به مرات كثيرة. وعندما ذهبت إلى جبل آثوس، قالوا لي منذ البداية: «الطاعة».
فسألت: «ماذا تعني الطاعة؟ إذا كان الحمار يطير، فهل يطير؟»
لا نستطيع أن نُظهر هذا للعالم. سأكاد أنفجر؛ أريد أن أقول رأيي في النهاية، وأريد أيضاً أن يُقبل رأيي!
لهذا السبب يختلف جبل آثوس. ولهذا السبب لا يستطيع كل شخص أن يصبح راهباً، يا إخوة، لأن هناك ثلاثة أشياء ضرورية: الفقر — أي ألا يكون للإنسان شيء يملكه، لا بيت ولا ممتلكات ولا شيء؛ والعفة…
كانت باناغيا عذراء، وكان يوحنا اللاهوتي أيضاً عفيفاً — ليس بالجسد فقط، بل بالروح أيضاً! لم تمسّهما الخباثة أو الشر أبداً، لا شيء من ذلك على الإطلاق!
ومن يحب باناغيا، فإنها تجعله صالحاً ونقياً…
عندما جددني الله وأنا في الحادية والعشرين من عمري، كان ما حدث لي مخيفاً. ظللت أقول: «من أنا الآن؟ أنا أعرف أمي وأبي وإخوتي وأخواتي، لكنني لا أعرف من أنا أنا».
هل تعرفون الفرق بين الإنسان الذي يذهب إلى الكنيسة فقط وبين القداسة؟ الهدف…
Ορίστε η μετάφραση της ομιλίας του ιερέα στο βίντεο στα αγγλικά:
"Panagia (the Virgin Mary) loved Her Son immensely. The Apostles loved Him later. There, when they crucified Him, betrayed Him, denied Him, fled... chaos ensued. Under the Cross, Panagia was crying, the Myrrhbearers, and John the Theologian. Those were the only ones.
What happened to Panagia? She was translated (assumed into heaven); the soil did not decay Her body. God did not allow it. He took Her... She fell asleep (died), but She was translated. Her Son did not let Her body see decay. John the Theologian was translated as well. These two people stand above the Holy Trinity...
Under the Cross: 'Woman, behold your son... behold your mother'.
This is the real relationship we ought to have with Panagia and Christ. Now, all the rest—confessing, taking communion, going like routine to church, blablabla, and then going off to gossip—is nothing.
It requires madness, divine love (eros). Panagia was in love with Christ. But Christ too, how much He loved Her! But from the moment His earthly mission began, He did not call Her 'Mother'; He called Her 'Woman'. Because He was God. And God. He called Her 'Mother' until He began the mission given to Him by His Father. Until the age of 30, He had Joseph—His supposed father—and Panagia, who was His mother.
If we do not delve into this relationship that Christ has, from the beginning, with the righteous Joseph and His mother, we keep saying 'I will do this, I will do that, take communion, confess...'
One thing I have promised many times—and when I went to Mount Athos, from the beginning they told me: 'Obedience'. I asked, 'What does obedience mean? If the donkey flies, does it fly?' We cannot show this to the world. I will burst, I want to voice my opinion, after all, and let mine pass too! That's why Mount Athos is different; that's why not everyone can become a monk, brothers, because you need three things: poverty (having nothing of your own—no house, no property, nothing), chastity... Panagia was a virgin, and John the Theologian was a virgin—not just in body, but in soul! No malice or evil ever touched them, nothing at all! And whoever loves Panagia, She will make them good, pure...
When God regenerated me at 21 years old, what happened to me was terrifying. I kept saying, 'Who am I now? I know my mother, my father, my siblings, but I don't know who I myself am'.
Do you know the difference between a person who just goes to church and holiness? The goal..."
No comments:
Post a Comment